Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Статистика посещения сайта

21 сентября  - День воинской славы России (день победы русских полков

во главе с князем Д. Донским в Куликовской битве, 1380 г.)

В первой половине XIII века страшная беда обрушилась на русскую землю. Многотысячные полчища завоевателей под предводительством хана Батыя захватили и опустошили огромные территории от Волги до Карпатских гор. Когда-то сильное Киевское государство, к 30-м годам XIII века раздробленное на отдельные удельные княжества и ослабленное постоянными междоусобными войнами, оказалось неспособным противостоять внешнему врагу. Русские земли попали в кабальную зависимость от Золотой Орды. Свободолюбивый русский народ не мог примириться с потерей независимости. На протяжении второй половины XIII и в начале XIV века часто вспыхивали народные возмущения, вызванные произволом и жестокостью золотоордынских наместников             и сборщиков дани.

В XIV веке русские земли разделялись на ряд подвластных Золотой Орде великих княжеств — Московское, Тверское, Рязанское и Нижегородское. В Новгороде и Пскове существовали феодальные республики. Главой Руси считался великий князь Владимирский, который получал          в Орде ярлык на право правления. Поэтому за обладание владимирским столом постоянно шла борьба между русскими князьями. Орда всячески поддерживала эти распри и соперничество, стремясь не допустить сплочения всех княжеств в единую сильную Русь. Однако уже в первой половине XIV века всё более очевидной становилась необходимость объединения страны в единое централизованное государство. Осуществление этой величайшей исторической миссии выпало         на долю Московского княжества, достигшего наибольшего экономического, культурного                    и политического могущества при князе Дмитрии Ивановиче (1359-1389 гг.), который организовал союз из северозападных княжеств, осуществил ряд важных мероприятий по централизации государственного управления и военного дела.

 В Золотой Орде с тревогой следили за усилением Москвы. Убедившись в том, что натравливание русских князей друг на друга не приносит ожидаемого результата, стоявший во главе Золотой Орды хан Мамай принял решение нанести удары сначала по отдельным княжествам, а затем повторить Батыево нашествие на всю Русь. Осуществляя этот замысел, ордынское войско в 1377 году направилось к Нижнему Новгороду, разорило его и предало огню. На следующий год более крупные силы во главе с мурзой Бегичем двинулись на Москву. Узнав об этом, Дмитрий решил предупредить вражеское вторжение. Он отправился со своим войском навстречу монголо-татарам и нанёс им поражение на реке Воже (приток Оки). Одержанная победа показала, что русские могут успешно бороться против завоевателей. Обе стороны понимали, что за этим последует решающая схватка,        и стали готовиться к ней.

Разгром Бегича русскими подтолкнул ордынского правителя на союз с Литвой, направленный против Москвы. К этому союзу под нажимом Мамая примкнул рязанский князь Олег, ставивший свои частные интересы выше общерусских. Затем в результате сложной политической борьбы           от Москвы отпало Нижегородское княжество.

Несмотря на то, что Орда к тому времени была уже ослаблена внутренними распрями и в ней появились признаки распада, её правитель Мамай накануне решающего сражения с московским князем располагал огромным войском — до 150 тысяч человек. К тому же оно должно было увеличиться за счёт союзников. Во время переговоров между послами Орды, Литвы и Рязани было условлено, что их силы встретятся "у Окы на брезе" 1 сентября. Летом 1380 года огромное войско Мамая выступило в поход. Недалеко от места впадения реки Воронеж в Дон оно остановилось лагерем, ожидая прибытия литовского войска.

 Можно только предполагать истинные причины, толкнувшие рязанского князя Олега послать Дмитрию сообщение: "Мамай идёт со всем своим царством в мою землю рязанскую на меня              и на тебя; а то ити ведомо буди и князь литовский Ягайло идёт на тебя же со всею силою". Получив известие о выступлении Мамая, Дмитрий разослал извещения всем русским князьям о нависшей опасности и призвал их соединить свои полки с московской ратью.

Согласно житию преподобного Сергия Радонежского, перед Куликовской битвой князь Димитрий в поисках духовной поддержки отправился к нему в монастырь за благословением. Татары в то время считались непобедимыми, а имя преподобного Сергия, как праведника и чудотворца, было прославлено по всей Руси. Благословение такого человека должно было вселить надежды во всех воинов. Преподобный Сергий не только благословил князя, но и отправил с ним двух иноков княжеского рода, хорошо владеющих оружием. Этими иноками были Александр Пересвет и Родион (имя в иноческом постриге) Ослябя.

Военный совет, собранный Дмитрием Ивановичем, принял решение: упредить противников, разбить Мамая до прихода литовцев.

Никогда ещё люди не видели столько воинов на улицах и площадях Москвы. Предстояла не междоусобная стычка князей, а долгожданное сражение с ненавистным врагом всей Руси. Победа была нужна всему народу, и все — от дружинника, блиставшего доспехами, до гончара, сапожника, пахаря, вооружённых топорами да ножами,— были охвачены грозным воодушевлением. Во всех церквах шли богослужения, у городских ворот священники благословляли воинов на подвиг во имя земли русской.

26 августа, после смотра в Коломне, русское войско двинулось к Дону — навстречу ордынцам. За неделю ратники прошли пешком свыше трёхсот вёрст. 6 (14) сентября русские войска прибыли      к Дону.

Главным вопросом для русских теперь было — остаться на левом, своём берегу Дона или переправиться на правый берег, к которому приближался Мамай? На военном совете мнения князей и воевод разделились. Одни предлагали стоять на месте, дождаться, когда ордынцы начнут сами переходить реку, и тогда напасть на них — с противником, который выходит из воды, сражаться легче. Но левым берегом идёт войско Литвы, и весьма вероятен удар по московскому войску с тыла.

Другие предлагали перейти Дон и тем утвердить войско в мысли биться с Мамаем до победы, так как пути к отступлению не будет. Действия князя Дмитрия не остались без внимания Мамая, который, "слышав приход" московского войска к Дону, был крайне удивлён смелостью Дмитрия       и готовностью русских принять сражение. В сложившейся обстановке ордынский правитель решил не дожидаться литовской рати, а добиться победы собственными силами. Между тем литовский князь Ягайло колебался и не проявлял особого желания принимать непосредственное участие              в сражении, так как украинские и белорусские формирования, входившие в состав литовского войска, не выражали стремления драться против соединённого русского войска. Можно полагать, что по этой причине Ягайло выжидал исхода столкновения войск князя Дмитрия и Мамая.

Выслушав мнения, князь Дмитрий произнёс: "Любезные друзья и братья! Ныне же пойдём          за Дон, и там или победим и всё от гибели сохраним, или сложим свои головы". Заслуга Дмитрия состоит в том, что он правильно оценил обстановку и настроение своего войска, его "крепость           и мужество".

В ночь с 6 (14) на 7 (15) сентября (по некоторым источникам с 7 (15) на 8 (16)) под охраной сторожевых отрядов началась переправа русского войска. Место, где расположилось войско Дмитрия, называлось Куликовым полем. Поля в современном значении слова не было. Было широкое, непаханное степное пространство, охваченное с востока, севера и запада каймой Дона и впадавшей в Дон Непрядвы. Внутри синей водной каймы была зелёная кайма прибрежных лесов. Обе каймы — подобие подковы, обращённой выпуклостью на север, к Москве. Концы подковы обращены на юг, подкова открыта в широкую степь. Из неё, из бескрайней степи пришло войско Мамая и перегородило промежуток между концами подковы.

Утром 8 (16) сентября 1380 года долго стоял туман, и только к 11 часам он рассеялся. Противники стояли в готовности к боевым действиям. Столкновению главных сил предшествовало единоборство двух богатырей — монаха Александра Пересвета и телохранителя Мамая Темир-мурзы (Челубея). Челубей не только отличался огромной силой, но и особым мастерством военной выучки. Некоторые источники указывают, что Челубей был непобедимым воином-поединщиком, которого татарские войска наняли специально для подобных поединков. Оба противника были на конях, вооружение составляли копья. По одной версии после первого же столкновения копья обоих переломались, после чего оба поединщика рухнули на землю и скончались.

Существует также другая версия поединка, в соответствии с которой Пересвет и Челубей пронзили друг друга копьями. В соответствии с этой версией, копьё мастера конных поединков Челубея было на метр длиннее обычного. Вступая с ним в бой на копьях, противник не мог даже нанести удар, как уже оказывался побеждённым и выпадал из седла. Александр Пересвет пошёл вопреки логике поединка — сняв с себя доспехи, он остался лишь в одной Великой схиме (монашеская накидка с изображением креста, надевается поверх монашеской одежды). Сделал он это для того, чтобы копьё противника, пройдя сквозь мягкие ткани тела на большой скорости, не успело вышибить его из седла и тогда он смог бы нанести удар сам, что и произошло в бою. Получив смертельную рану, он продолжал оставаться в седле, смог сам доехать до строя и только там умер.

Сразу после гибели поединщиков началась сама битва. Летопись указывает, что она носила ожесточённый характер. Однако расчёт врага на быстрый успех не осуществился.

После гибели передового полка противник обрушился на большой полк и в течение трёх часов пытался прорвать центр русской рати. Русские воины сражались с величайшим упорством и мужеством, однако превосходящие силы Орды начали их одолевать. Был подрублен стяг великого князя, под ним пали Михаил Бренк и многие другие воеводы, бояре и рядовые воины. Князь Дмитрий, получив сильные удары, упал в беспамятстве. Но вскоре владимирские и суздальские войска под руководством Тимофея Вельяминова и Глеба Брянского восстановили положение. Большой полк стоял непоколебимо и выдержал натиск врага.

Одновременно конница Мамая атаковала полки правой и левой руки. Натиск на правый фланг был отбит. Лёгкая конница Орды отошла и больше не решалась действовать на пересечённой местности. Труднее пришлось левому флангу русского войска. Почти все воеводы полка левой руки были убиты. Полк стал подаваться назад.

Натиск татарской конницы, стремившейся выйти в тыл большому полку, до поры сдерживал отряд Дмитрия Ольгердовича, но вскоре и он был смят свежими силами, направленными Мамаем для закрепления успеха. Ордынским военачальникам казалось, что второй этап сражения остался за ними и достаточно предпринять ещё одно усилие, чтобы победа стала полной. Но для этого недоставало свежих войск.

Именно в это время воевода Дмитрий Боброк, наблюдавший из Зелёной дубравы за ходом битвы, бросил в атаку засадный полк, состоявший из хорошо вооруженной конницы. Ему немалого труда стоило удержать воинов от преждевременного вступления в бой. Но когда Боброк увидел                   (в четвёртом часу после полудня), что противник, увлёкшись манёвром обхода русского большого полка, подставил под удар свой правый фланг и тыл, он бросил свой полк в бой.

Русские воины с ожесточением и яростью ударили в тыл и фланг врага. Своевременный ввод       в сражение крупного резерва явился поворотным моментом Куликовской битвы. Не ожидавшая появления свежих сил русских ордынская конница пришла в смятение. Сначала противник попытался оказать сопротивление, но не смог устоять перед натиском конницы русских и стал подаваться назад. В это время перешли в наступление большой полк и полк левой руки. Ударом войск главной линии русского боевого порядка натиск золотоордынцев был остановлен. Страх           и обречённость охватили врага. Началось паническое бегство. Полсотни километров преследовали бегущих русские всадники.

Потери с обеих сторон были огромны. От стотысячного русского войска в живых остались 40 тысяч человек. Монголо-татар погибло значительно больше. Восемь дней оставались русские войска на Куликовом поле, пока не были погребены убитые воины. Около впадения Непрядвы в Дон стоит село Рождествено-Монастырщина. Там братские могилы героев битвы.

1 (9) октября 1380 года Москва торжественно встречала своих героев во главе с князем Дмитрием Ивановичем, которого в честь одержанной великой победы прозвали Донским. Битва на Куликовом поле была поистине делом всего народа, так как здесь решался вопрос о его свободе         и независимости. Она дала мощный толчок к более широкому и прочному объединению всех княжеств в единое целое и усилила значение Москвы как оплота русских земель. Золотая Орда после нанесённого ей сильного удара уже не смогла восстановить своё былое могущество и постепенно приходила в упадок. И хотя зависимость Руси от Орды сохранялась ещё целое столетие, основы её власти были в корне подорваны.

 

По материалам: Библиотечка «Военные знания». Дни воинской славы.